01
А
Астрономия
02
Б
Биология
03
Г
Гуманитарные науки
04
М
Математика и CS
05
Мд
Медицина
06
Нз
Науки о Земле
07
С
Сельское хозяйство
08
Т
Технические науки
09
Ф
Физика
10
Х
Химия и науки о материалах
Биология
24 августа
Страсти по сочинскому самшиту: как защитить реликтовый лес

Бактерии, вирусы и клопы-хищники против прожорливой бабочки

Самшитовая огневка
A. Laule/Reuters

Как бороться против бабочки, которая съела редчайшие самшитовые леса, почему вредителя не включают в карантинный список и как сочинская погода мешает борьбе, разбирался Indicator.Ru.

Эффект бабочки

По поводу самшита в СМИ разыгралась нешуточная драма: с одной стороны – деньги, вложенные в леса реликтового (пережившего еще ледниковый период) самшита колхидского (Buxus colchica), с другой – нелепая прожорливая гусеница, приехавшая на европейских саженцах, куда попала из Китая.

Кто забил тревогу еще в начале вторжения, так это местные экологи: в 2012 они обнаружили, что завезенная из Италии партия саженцев поражена самшитовой огневкой (Cydalima perspectalis). Если бы партию сожгли уже тогда, ничего бы не случилось. Но карантина на это насекомое в России тогда не было – закон о карантине растений появился только в 2014 году, а о внесении в список карантинных видов самшитовой огневки заговорили только в 2015-м.

E233f3eabecaef223cd72a7d11521caffb280d29
Самшитовая огневка
Wikimedia Commons

Но, как отмечает Маргарита Коваленко из ФГБУ «Всероссийский центр карантина растений», даже сегодня, в 2017 году, «этой огневки в карантинном списке РФ нет». Подтверждает эти слова и Игорь Честин, директор WWF России, обвиняя во всем Сергея Данкверта, главу Россельхознадзора. Но если включить вредителя в список, когда он уже все съел, то придется отвечать за то, почему этого не сделали раньше.

В итоге больные деревья были высажены наряду со здоровыми (по одной версии – после небольшой обработки, по другой – просто так), и к 2014 году огневка уничтожила самшит знаменитой у туристов Хостинской рощи и во многих других местах. Ни мягкие сочинские зимы, ни запоздалые меры защиты не смогли остановить победоносное шествие прожорливых вредителей. Вечнозеленые растения стали резко желтеть и сбрасывать листву, и вот к сегодняшнему дню осталось лишь немногим более пяти гектаров самшитовых рощ, не затронутых вредителем.

22dd00ac60f58eb71170a1eb695bc81f453573af
Хостинская тиссо-самшитовая роща, 1966 год
Валерий Генде-Роте/ТАСС

Как защитить реликтовый лес

Центр защиты леса республики Адыгея выпустил «Обоснование проведения биологических мер по локализации и ликвидации очагов инвазивного вредителя наземным способом в насаждениях Майкопского лесничества» в 2016 году, когда в Сочи были уничтожены все искусственные насаждения самшита, и огневка доедала растения в естественной среде, на южном макросклоне Кавказа. На территории республики было чуть больше тысячи гектаров самшита, из них доступны для обработки оказались 238. Но поскольку такие затраты легли бы исключительно на региональный бюджет, где все было распланировано заранее, в итоге деньги нашли только на обработку 29,3 гектаров биологическими препаратами.

Применять пестициды на территории заповедников в нашей стране запрещено, как и на местах, где химикаты могут попасть в водотоки, связанные с охраняемыми территориями – а именно там и располагались почти все самшитовые рощи.

Паразиты огневок из их естественной среды обитания – мушки эулофиды (Chouioia cunea) — наездники, которые откладывают свои яйца в куколки жертв. В живой природе они истребляют 50-60% гусениц. Эулофиды напугали многих экологов тем, что, уничтожая огневок, могут не остановиться вовремя и приняться за пчел или местных краснокнижных бабочек (например, махаона). Как бы то ни было, в России первый миллион личинок выпустили в марте 2015 года, когда огневки личинок еще не отложили, и эулофид по возможности отложил яйца в те виды, у которых уже были куколки.

«Идеальным было бы обнаружение естественного врага самшитовой огневки, который питался бы только этой бабочкой, — считает младший научный сотрудник кафедры энтомологии МГУ Александр Просвиров. — Если такое насекомое будет обнаружено и оно сможет акклиматизироваться в наших условиях, то это будет серьезным вкладом в борьбу с этой бабочкой. Однако многие хищные насекомые в природе питаются разной добычей, поэтому воздействие их на тот или иной вид не очень велико (они поедают лишь небольшую часть особей). Также при попадании в новую среду вид способен менять свои пищевые предпочтения, поэтому хищник, который у себя на родине питался самшитовой огневкой, может на нашей территории найти себе более "удобную" добычу».

Но здесь, отмечает ученый, возможны и риски: «Если для борьбы с самшитовой огневкой будет завезен какой-либо вид насекомых, есть риск неконтролируемого размножения этого вида. Такие случаи отмечены для некоторых видов божьих коровок, которых завозили в разные страны для борьбы с тлями, червецами и другими вредителями».

Другая проблема, которая беспокоила экологов – то, что и огневка, и ее паразит – уроженцы теплых краев, и если в умеренном климате, где эулофида использовали против бабочки-монашенки, за зиму он гарантированно погибал, то на Кавказе условия совсем другие. В итоге акклиматизироваться и найти себе пропитание может не только зловредная Сydalima perspectalis, но и наш союзник в борьбе против нее.

Внедрить и уничтожить

Биологические методы борьбы в наши дни набирают все большую популярность, да и окружающей среде они вредят меньше, чем химикаты. Множество акций по борьбе с инвазионными видами – вплоть до истребления коз на Галапагосах – люди провели с участием других организмов, в том числе и инвазивных. Чаще всего в качестве такого вида берут того, кто сдерживает популяцию вредителя на его менее гостеприимной родине. В случае с огневкой это могли бы быть те, кто стал нечувствителен к токсичным алкалоидам и может их есть.

«Для внедрения естественного врага для вида-интродуцента необходимы детальные данные о взаимоотношениях этих видов на территории естественного ареала и представление о том, какую роль данный враг-интродуцент играет в своей "родной" экосистеме, — поясняет Александр Просвиров. — В первую очередь необходимы сведения о том, какие еще виды они уничтожают у себя в естественных условиях (идеальная модель — хищник или паразит, который питается и эффективно уничтожает только сам вид-интродуцент; в этом случае после исчезновения "вселенца" вид, который был завезен для борьбы с ним, также исчезнет из экосистемы, но такого почти никогда не бывает). Если есть сведения о поведении близких видов которые были интродуцированы куда-либо, это тоже может оказаться очень полезным». Обычно вид испытывают в лаборатории, потом на небольшой опытной территории, а потом уже внедряют в природную среду.

Среди таких методов энтомолог перечисляет заражение круглыми червями-паразитами, спорами патогенных грибов или опасных для бабочки бактерий. Но все они не идеальны: очень сложно найти паразита, который абсолютно специфичен и поражает только вредителя. Многие виды хищников и паразитов при необходимости могут переквалифицироваться на других жертв, что может повредить экосистеме охраняемых природных зон.

С родственниками самшитовых огневок — бабочками вощинными огневками (они же – Galleria mellonella, или большие восковые моли) — могут бороться бактерии Bacillus thuringiensis. Вощинные огневки – гроза медоносных пчел: их гусеницы поедают воск, мед и пергу, повреждая соты и нанося большой вред пчелиным семьям. Только вот, как оказалось, и с болезнями своими они умеют бороться, создавая для этого специальные микро-РНК.

Против самшитовых огневок ученые предлагают использовать вирусы непарного шелкопряда и соснового пилильщика. Через двое-трое суток после заражения у большинства самшитовых огневок замедляется обмен веществ, они заворачиваются в коконы, как будто собирались зимовать, а через две-три недели погибают, практически не успевая ничего съесть. Выживают и вырастают в бабочек только 4-6% гусениц.

94195caa00adc7ae480136b0ba01f50e20a06555
Вощинная огневка
Sarefo/Wikimedia Commons

Для той же вощинной огневки разрабатываются и феромонные ловушки, куда, как ясно из названия, вредители приманиваются запахом феромонов. Поэтому феромонные ловушки сделали и для самшитовой огневки. Конструкция такой ловушки довольно проста: ее делают из ламинированного картона, сложенного в треугольную конструкцию, на дно помещают вкладыш с клеем, а синтетически полученными феромонами опрыскивают пробку из резины, которую кладут внутрь. Кстати, в эти ловушки приманивается и другой вредитель, родственная ей большая крапивная огневка, которая портит посадки земляники, кукурузы, сои и черной смородины.

Другими врагами огневок оказались хищные клопы-щитники Picromerus bidens, личинки которых расправляются с гусеницами огневок. Правда, чтобы достигнуть стопроцентного результата, их нужно в два раза больше, чем самих гусениц.

«Теперь в нашем арсенале есть препараты, которые обеспечат надежную защиту от огневки, есть наработки по грибным патогенам, мы умеем защищать самшит с помощью чуждых для огневки вирусов, наш эулофид обеспечивает в природе 60%-й уровень гибели куколок огневки. В комплексе все это обеспечит защиту – но ничего применить толком нельзя из-за законодательства», – заявляет Юрий Гниненко, руководитель Лаборатории защиты леса от инвазивных и карантинных вредителей ВНИИЛМ.

Кстати, в Абхазии огневка съела пока только треть от пяти тысяч гектаров лесов (а не 99,9% от аналогичного количества, как произошло у нас), борьба ведется гораздо активнее. Там к распылению химикатов привлекают авиацию и применяют феромонные ловушки не только ради эксперимента. Студенты-экологи собирают куколки и гусениц огневок на разных стадиях развития, чтобы обнаружить естественных врагов, как только они появятся. А пока все это происходит, абхазские ученые предлагают замораживать семена на 10-15 лет, чтобы высадить их, когда огневка будет побеждена, и сохранять саженцы в теплицах.

Почему почти никто не беспокоился (и не слышал) о знаменитом реликтовом самшите, пока его можно и нужно было спасать, остается загадкой. Возможно, потому же, почему мы не беспокоимся и не слышим о сотнях других видов, не таких милых и «брендированных», как панды, и не таких реликтовых, как самшит, но гораздо более значимых для экосистем планеты.

Но почему о нем вспомнили сейчас, когда сотрудники нацпарка опустили руки и предлагают дождаться, пока гусеницы доедят весь самшит и сами умрут от голода? Что, как спрашивают комментаторы в Facebook, случилось этим летом, «и где все страдальцы по самшиту, которого в жизни не видели, были несколько лет назад»?

Подумать над этими вопросами читатель может самостоятельно, пока на юге гусеницы аппетитно хрустят последними вечнозелеными листочками, а в умеренных широтах борщевик Сосновского завоевывает бескрайние русские поля.

Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.

Комментарии

Все комментарии
САМОЕ ЧИТАЕМОЕ
Обсуждаемое