01
А
Астрономия
02
Б
Биология
03
Г
Гуманитарные науки
04
М
Математика и CS
05
Мд
Медицина
06
Нз
Науки о Земле
07
С
Сельское хозяйство
08
Т
Технические науки
09
Ф
Физика
10
Х
Химия и науки о материалах
Гуманитарные науки
22 апреля
Как потерять два слова и многие миллионы рублей

Когда регулирование вредит образованию

Wikimedia Commons/PxHere/Indicator.Ru

Почему иногда учиться бесполезно, как вуз может лишиться аккредитации из-за двух потерявшихся в законе слов и какие проблемы позволил решить ФГОС 3++, расскажет материал Indicator.Ru.

«Учиться никогда не поздно», — подумали сотни или даже тысячи преподавателей высших учебных заведений в 2017 году и дружно поступили в магистратуру. Иногда даже в своем собственном вузе. Иногда даже на свою собственную программу. Зачастую по тем же самым предметам, по которым давно и успешно сами читают лекции студентам. Только ли любовь к знаниям была источником такого решения? И почему доктора и кандидаты наук решили проявить ее именно таким способом?

Преподаватель, как и любой другой человек, — в среднем адекватный и рациональный индивид, а значит, должна быть причина тратить столько собственных усилий, времени и иногда даже личных денег. Зачем преподавателю диплом магистра или диплом о профессиональной переподготовке не по новой или интересной теме, а по каждому из своих преподаваемых курсов? Даже один такой курс занимает не менее 250 часов занятий (согласно Приказу Минобрнауки России от 01.07.2013 № 499). Причину, судя по всему, следует искать в новых формальных требованиях, а преподаватели получают не знания, а «корочки».

На сайтах многих учебных заведений в описаниях квалификационных требований к преподавателям (важно для аттестации) и в описаниях требований к претендентам на вакантные должности есть условие о соответствии высшего образования преподаваемому учебному курсу. Из этого следует, что если изначально у человека высшее образование по специальности «История», то что бы ни произошло в его жизни потом, преподавать «Логику» или «Историю политических и правовых учений» на специальности «Юриспруденция» у него больше не получится. Опыта работы, написанных книг и статей, научного руководства аспирантами, а в некоторых случаях даже наличия научной степени оказывается недостаточно. Видимо, общая для всех учебных заведений формулировка не просто так возникла в голове у работодателей. До этого несоответствие базового образования и преподаваемой дисциплины их не смущало. Дальше имеет смысл поискать причину в законодательстве.

Российское образование — очень зарегулированная отрасль. Даже понять, кто именно и как заставил преподавателей переучиваться, не так просто. Придется разобраться в требованиях трех основных регуляторов высшего образования: Минобрнауки, Минтруда и Минздравсоцразвития (существовало с 2004 по 2012 гг.).

Федеральный закон об образовании устанавливает, что для занятия педагогической деятельностью требуется среднее профессиональное или высшее образование и соответствие квалификационным требованиям, указанным в квалификационных справочниках, и (или) профессиональным стандартам. Из этого логично предположить, что вся необходимая информация содержится в двух документах: квалификационном справочнике должностей и профессиональном стандарте.

Квалификационный справочник (раздел «Квалификационные характеристики должностей руководителей и специалистов высшего профессионального и дополнительного профессионального образования», утвержденный Приказом Минздравсоцразвития России от 11.01.2011 № 1н) сюрпризов не несет: там подробно расписаны должностные обязанности, перечень необходимых знаний и требования к квалификации всех должностей профессорско-преподавательского состава, начиная от ассистента до профессора и декана факультета. Формулировка этих требований унифицирована и варьируется только необходимая ученая степень и минимальный стаж научно-педагогической работы или ученое звание. Так, квалификационные требования, например, для профессора звучат следующим образом: высшее профессиональное образование, ученая степень доктора наук и стаж научно-педагогической работы не менее пяти лет или ученое звание профессора. И ничего о профиле базового образования.

Разыскиваем профессиональный стандарт. Человеку неискушенному не так-то легко сразу понять, что профстандарт «Педагог профессионального обучения, профессионального образования и дополнительного профессионального образования» (утвержден приказом Минтруда России от 08.09.2015 № 608н) относится и к преподавателям высших учебных заведений тоже. Требования к образованию, к примеру, профессора в этом стандарте следующие: «Высшее образование направленность (профиль) которого, как правило, соответствует преподаваемому учебному курсу». А в январе 2017 года в стандарте появилось примечание, что данный стандарт применяется работодателями «при формировании кадровой политики и в управлении персоналом, при организации обучения и аттестации работников, заключении трудовых договоров, разработке должностных инструкций и установлении систем оплаты труда». Вот и первая отгадка.

Но мы намеренно уклонились от формулировки «стандарт установил новые требования», поскольку является ли данный конкретный профессиональный стандарт обязательным или рекомендательным, так сразу и не скажешь. По общему правилу профессиональные стандарты носят рекомендательный характер и, согласно Трудовому кодексу, являются только основой для определения требований к квалификации работников. Но иногда и нет («если иное не установлено законом», ст. 195.3 ТК РФ). Рекомендательный характер профстандартов подчеркивают и разъяснения Минтруда России от 5 апреля 2016 года, но в самом стандарте это нигде не написано. Снова придется вернуться к профильному законодательству.

Пропустим юридические подробности: конкретно этот стандарт — рекомендательный. И «как правило» означает, что, во-первых, это само по себе не строгое требование, во-вторых, данное требование остается на усмотрение администрации вуза. То есть руководство вуза самостоятельно определяет, какие требования предъявлять к своим преподавателям, и формирует свою кадровую политику. Почему же тогда учебные заведения не пользуются этой самостоятельностью и выбирают самую строгую из возможных формулировок, тратя время своих профессоров и свои ресурсы так бессмысленно?

С одной стороны, залог успешного существования и прохождения государственных проверок для образовательной организации — это педантичное выполнение всех предписаний, в идеале — в самом строгом варианте, не предусматривающем двойного толкования. На образовательных учреждениях (как и на учреждениях здравоохранения) сконцентрирована значительная часть государственных плановых проверок.

Громкий кейс Московской высшей школы социальных и экономических наук («Шанинки») показал, что бояться их действительно стоит. Основания для опасений у администраций вузов есть, и достаточно серьезные. Шанинка лишилась аккредитации летом 2018 года после проверки Рособрнадзора. Одним из нарушений в заключении экспертов Рособрнадзора указано, что «один из преподавателей имеет высшее образование по специальности “История”, но при этом ведет дисциплину “Способы обеспечения исполнения обязательств”». Профессор Дмитрий Дождев, признанный специалист в римском вещном праве, несмотря на свои лекции в ведущих мировых университетах, участие в качестве эксперта в Высоком суде Лондона, ВАС РФ, Стокгольмском и Лондонском международном арбитраже, несмотря на сотни публикаций по теме в глазах Рособрнадзора оказался недостаточно квалифицирован.

Впрочем, посмотреть нужно еще один важный документ Минобрнауки — федеральный государственный образовательный стандарт (ФГОС). И нет, он не один — по каждой специальности отдельный, свой собственный, их содержание во многом повторяется, но они не одинаковые. Во ФГОСе прописаны требования к структуре образовательной программы, результатам ее освоения и условиям ее реализации, в том числе кадровым. Например, так: при подготовке магистратуры по специальности «Юриспруденция» (утвержден Приказом Минобрнауки РФ от 14.12.2010 № 1763) «образовательная программа должна обеспечиваться научно-педагогическими кадрами, имеющими базовое образование, соответствующее профилю преподаваемой дисциплины». Этот пункт, по мнению экспертов Рособрнадзора, и был нарушен Шанинкой, допустившей Дождева до преподавания права.

Во время дрейфа фразы из профессионального стандарта в образовательный стандарт два слова — «как правило» — потерялись. Равно как нивелировался и рекомендательный характер профстандарта. Так регулирование вместе с решениями Рособрнадзора потратило десятки или сотни тысяч часов преподавателей России по обе стороны парты.

Можно было бы закончить на мажорной ноте: данная история исключительная и касается только устаревающих ФГОСов третьего поколения. В новых стандартах (так называемых стандартах 3++, обучаться в соответствии с которыми будет набор 2019 года), требований к профилю образования преподавателей уже нет. Хотя и плохо, что все усилия участников в итоге оказались напрасными, но хорошо, что некачественное регулирование исправлено. Однако ФГОСы 3++ также имеют потенциал на аналогичные эффекты: например, теперь в них появилось требование о наличии педагогического образования, и неизвестно, как оно будет трактоваться. Поэтому можно ожидать продолжения образовательной кампании среди преподавателей. Ошибка в регулировании не была отрефлексирована и имеет не случайный, а системный характер. Образование в России нужно кардинально перерегулировать и дебюрократизировать: сегодня получается, что регулятор не в состоянии формулировать разумные правила, а надзорные органы — применять их.

Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс.Новостей и читайте нас чаще.

Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.

Автор: Дарья Кузнецова, младший научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге

Комментарии

Все комментарии
САМОЕ ЧИТАЕМОЕ
Обсуждаемое