Владимир Иванов: мы хотели повысить качество защит

Член-корреспондент РАН Владимир Иванов

Член-корреспондент РАН Владимир Иванов

Не так давно несколько вузов и научных учреждений вслед за МГУ и СПбГУ получили право самостоятельного присуждения ученых степеней. Мы решили узнать, насколько успешным получился этот опыт и выяснить ситуацию изнутри. В совместном интервью порталы Indicator.Ru, Inscience.News и Менделеев.Info мы поговорили о первых итогах самостоятельного присуждения степеней кандидата и доктора наук с директором Института общей и неорганической химии РАН им. Н.С. Курнакова членом-корреспондентом РАН Владимиром Ивановым.

Начнем с истории. Как ИОНХ РАН добился право самостоятельно присуждать степени кандидата и доктора наук?

Как известно, все началось с пилотного проекта по предоставлению права на самостоятельное присуждение ученых степеней двум нашим ведущим вузам - Московскому и Санкт-Петербургскому университетам. И когда это право было им предоставлено, это, в общем-то, не вызвало особых споров. Это было логичным шагом.

Кстати, насколько мне известно, обоим университетам оказалось не так просто реализовать новые возможности: перестройка потребовала больших организационных усилий. Но в итоге все получилось, и в какой-то момент стало ясно, что систему можно распространить и на другие организации. Тогда вышло постановление Правительства РФ, которое регламентировало требования к организациям, которые хотели бы самостоятельно присуждать ученые степени, и эти требования были достаточно жесткими.

Многие сегодня забывают, что право на самостоятельное присуждение степеней делегируется институтам и вузам не по щучьему велению, не на основании чьих-то волюнтаристских решений. Наш институт подготовил серьезную заявку, и среди условий, которые необходимо было выполнить, самым главным было многолетнее отсутствие замечаний со стороны ВАК в отношении защит диссертаций на наших диссертационных советах. На самом деле ВАК делает достаточно много таких замечаний, и если они у вас есть, то право на самостоятельное присуждение степеней у вас не появится. Мы же много лет работали безупречно.

Значит, доля отмененных ВАК решений диссертационного совета была задана как пороговая величина. Какие еще требования?

У нас вообще таких отмененных решений не было. Среди прочих требований была указана и финансовая компонента - объем затрат на научные исследования в пересчете на одного научного сотрудника. То есть был сформирован набор разумных критериев, который позволял отсекать тех, кто смог бы вряд ли качественно реализовать право на самостоятельное принуждение ученых степеней.

Итак, вы сформировали заявку, отправили и…

...И полгода мы не имели представления, будет ли она одобрена, или нет. А 23 августа 2017 г. узнали, что вышло распоряжение Правительства РФ, которое дало нам право на присуждение степеней. В этом распоряжении были указаны 4 научные организации и 19 вузов, которые получили это право. Насколько я понимаю, количество научных организаций, имеющих это право, с тех пор не изменилось, как нас было четыре, так и осталось.

Хорошая маленькая компания, но кто это?

Это лидеры. Это петербургский Физико-технический институт им. А.Ф. Иоффе. Это Объединенный институт ядерных исследований и новосибирский Институт физико-химической биологии. Каждый из них имеет уникальный научный профиль, и они, безусловно, разбираются в своих областях знаний. Интересный нюанс: подавать заявления на самостоятельное присуждение ученых степеней можно разными способами. Можно претендовать на самостоятельное присуждение научных степеней по какой-то одной дисциплине или сразу по нескольким. Мы подали документы – и это наша принципиальная позиция – на присуждение степеней только по химии. Мы действуем только в той области, где разбираемся. Насколько я знаю, другие научные организации поступили так же. У вузов ситуация более пестрая, так как подавляющее большинство из них подало заявки по широкому спектру областей знания. И здесь возможны потенциальные проблемы, так как невозможно быть лидером одновременно в нескольких областях. Где-то будут более сильные защиты, где-то нет. Только МГУ и СПбГУ, наверное, способны по всем специальностям присуждать ученые степени.

Насколько сложно было реализовать новые права?

Право самостоятельного присуждения ученых степеней было предоставлено нам в 2017 г., но начали мы его реализовывать только в 2019 г., для перехода от одной модели к другой потребовалось время. Нужно было закрыть старые диссертационные советы и открыть новые. Возникло множество технических моментов, потребовалось разработать форму дипломов о присуждении ученых степеней. Мы выдаем собственные дипломы, нам нужно было договориться с типографией, которая способна обеспечить печать документов с соответствующей высокой степенью защиты. В стране лишь есть несколько типографий, которым такое право предоставлено. Нам нужно было выпустить собственные нормативные акты, регламентирующие выход соискателя на защиту, порядок проведения самой защиты, порядок рассмотрения после защиты. В итоге полгода ушло на то, чтобы решить технические вопросы.

У вас могут защищаться все химики, не только ваши сотрудники?

Мы можем создавать советы по любым специальностям в рамках химических наук. На данный момент у нас функционирует 5 советов, принимающих к защите диссертации по 5 специальностям. В принципе, мы могли бы организовать еще 5 диссертационных советов, исходя из своих компетенций и кадрового потенциала. Но пока мы ограничиваемся диссертациями по неорганической химии, химии твердого тела, физической химии, аналитической химии, процессам и аппаратам химической технологии. На самом деле, последний упомянутый диссертационный совет - уникальный, так как это единственный в стране совет, который присуждает степени кандидата и доктора химических наук по этой специальности. Разумеется, наши диссертационные советы принимают к защите как работы сотрудников института, так и работы сторонних ученых. Совет обязан рассмотреть заявление о приеме работы к защите от любого желающего. Когда мы начали работать нас ждал приятный сюрприз: оказалось, что к нашим диссертационным советам проявляют активный интерес коллеги из других организаций. То, что они хотят здесь получить, – это квалифицированное рассмотрение диссертационных работ, подробное их обсуждение на хорошем уровне. У нас уже состоялся ряд защит, в том числе двух химиков из МГУ. В текущем году у нас запланированы защита двух кандидатских и одной докторских работ из других городов, в том числе Санкт-Петербурга. Начинает работать наша репутация, так как степень, полученная в институте Курнакова, это, в определенной степени, – знак качества.

И как можно повысить качество диссертаций?

Наша мотивация с самого начала была проста - мы хотели повысить уровень защит, качество защит. Мы хотели наглядно продемонстрировать, что степень, полученная у нас, очень весомая. Поэтому те требования, которые предъявляет ВАК к кандидатским и докторским работам, мы существенно ужесточили, исходя из сложившейся у нас практики. Мы ввели – в обязательном порядке – стадию предзащиты, предварительное рассмотрение диссертации. В обычных диссертационных советах такого требования нет. Предзащита у нас проходит на секции ученого совета института, там собирается большое количество специалистов, и без положительного заключения секции совета диссертация дальше не пройдет. Уже были случаи, когда мы на стадии предзащиты отклоняли работы, которые нас не устраивали: либо их отправляли на доработку, либо отклоняли полностью. У нас были такие кандидатские и даже докторские диссертации.

Еще очень важное обстоятельство – в стране существует реальная проблема кадрового наполнения диссертационных советов. Очень сильно не хватает докторов по соответствующим специальностям; по этой причине сейчас, как известно, допускается введение в состав советов до 30% кандидатов наук. Мы этим послаблением не пользуемся, так как у нас в институте кадровый состав такой, что мы свои советы спокойно комплектуем исключительно докторами наук.

К членам диссертационного совета предъявляются определенные требования, в том числе ВАКом. Наши сотрудники эти требования превосходят кратно, с большим запасом. Иными словами, наши советы – очень квалифицированные. В штате ИОНХ РАН работает 62 доктора наук, этого хватит для того, чтобы укомплектовать и существующие диссертационные советы, и будущие.

Сколько человек входит в состав совета?

Обычно диссертационные советы формируют для защиты работ по нескольким специальностям. Мы приняли решение создавать советы только по одной специальности, чтобы каждую работу рассматривали исключительно предметные специалисты. Численность каждого совета – 12 человек, такой совет достаточно несложно собрать, и он способен обеспечить качественную экспертизу представленной диссертации.

Каковы ваши требования к соискателям?

Как известно, существуют базовые требования ВАК к публикационной активности соискателей. Соискатель должен опубликовать определенное число работ, которые должны полностью отражать содержание диссертации. Существует так называемый «список ВАК», – перечень журналов, в которых допускается публиковать статьи; он достаточно большой и, скажу откровенно, не все журналы из этого списка вызывают у нас доверие; поэтому мы составили свой список, в который вошли ведущие международные журналы, российские издания, выпускаемые под патронажем Академии наук. При защите диссертации мы засчитываем статьи только из нашего списка. И количество публикаций у соискателя должно быть большим. По нашей статистике, на одну кандидатскую диссертацию, защищенную в ИОНХ РАН, в среднем приходится 6 статей. Надеюсь, этот высокий уровень нам удастся удержать. Сейчас в ВАК для защиты требуется минимум две статьи, у нас необходимо три. Очень важно, чтобы работы соискателя были обнародованы и полноценно обсуждены до защиты, в процессе подготовки кандидатской работы.

Сколько у вас было защит?

Пока защит было не слишком много. Советы открылись в 2019 г., мы провели ряд защит, а потом был долгий период эпидемических ограничений. На сегодняшний день состоялось 14 защит. Напомню, мы гонимся не за количеством, а за качеством. Количество защит постепенно растет.

Хочу отметить еще один важный аспект, связанный с качеством диссертационных работ, представляемых к защите: у диссертационной работы есть два параметра – ее научная новизна и актуальность. До недавнего времени актуальность оставалась не слишком существенным показателем, которому придавали мало значения. А ведь в действительности актуальность – это соответствие современному уровню исследований, обоснование необходимости выполнения работы. Сейчас у нас принята Стратегия научно-технологического развития Российской Федерации, в которой сформулированы актуальные направления исследований, в мире тоже имеются хорошо известные актуальные тематики. Уверен, что те работы, в которых обсуждаются проблемы, давно утратившие актуальность, не заслуживают внимания.

Вас критикуют?

Кто-то считает, что самостоятельное присуждение степеней вредно, так как ВАК обеспечивает определенный контроль за качеством диссертаций. Существуют опасения, что если ВАК не будет отслеживать диссертации, то их качество может снизиться. Однако право самостоятельного присуждения научных степеней – это вовсе не бесконтрольная деятельность. За нами пристально смотрят. Все наши диссертации, как обычно, публикуются на сайте ВАК. Принцип информационной открытости распространяется на нас в полной мере. Поскольку сотрудники ИОНХ РАН – одни из сильнейших специалистов в неорганической химии в стране, то мы вполне способны контроль за качеством работ осуществлять сами. Кроме того, в институте работает большое количество людей, которые входят в экспертные советы ВАК. И, безусловно, их опытом мы постоянно пользуемся. Один из наших сотрудников – председатель экспертного совета ВАК, другой – заместитель председателя еще в одном совете. Лично я вхожу в экспертную комиссию по химико-биологическим наукам, это аналог экспертного совета ВАК в Московском государственном университете.

Право на самостоятельное присуждение дается навеки или его пересматривают?

Оно бессрочное. Но если организация будет злоупотреблять этим правом, то может и лишиться своих привилегий. Мы регулярно направляем в Министерство отчетность о деятельности наших советов, нашу нормативную базу. Вся наша работа контролируется, и Департамент аттестации научных кадров очень внимательно и корректно с нами работает.

Есть ли проблемы с плагиатом в диссертациях?

Проблема оригинальности и некорректных заимствований в химии остро не стоит, в институте мы с плагиатом не сталкивались ни разу.

Какие есть новые технологии в работе советов?

Действительно, сейчас появляются новые технологические решения и форматы защиты диссертаций. У нас добавилась возможность дистанционного оппонирования, что ранее зачастую вызывало проблемы. Вот, например, есть очень сильный институт, который тоже специализируется в области неорганической химии – ИНХ СО РАН. Мы всегда рады видеть оппонентов оттуда, но нередко они не могли приехать на защиту. Сейчас же они могут оппонировать в режиме телеконференции. Это, безусловно, повышает уровень экспертизы диссертационных работ. Защита работ перестает быть камерной, она проходит с привлечением экспертов со всей страны.

У нас, как в старые добрые времена, один из оппонентов непременно должен быть членом диссертационного совета. Если член совета, мнению которого мы доверяем, диссертационную работу внимательно посмотрел, то мы больше уверены в этой работе.

Что бы хотелось изменить в процедуре защиты?

Сейчас есть одна особенность в правилах проведения защит, и мы пока тоже не можем от нее отойти. Никто не может отлучиться с заседания совета. Член совета должен присутствовать в зале заседания 2,5-3 часа. Не вполне понимаю, откуда возникло это правило. Оно, мягко говоря, какое-то средневековое. Надеюсь, в будущем оно будет отменено.

Существуют ли проблемы с самостоятельными защитами диссертаций?

Увы, некоторые организации могут злоупотреблять правом самостоятельного присуждения ученых степеней. И за примерами далеко ходить не нужно. В январе этого года состоялась защита докторской диссертации по химическим наукам в одном из вузов, который имеет право на самостоятельное присуждение степеней. Соискатель докторской степени был близким родственником заместителя председателя диссертационного совета, который непосредственно участвовал в защите и в голосовании по этой работе. Это, безусловно, абсолютно некорректный способ реализации права на самостоятельное присуждение ученых степеней, прямой конфликт интересов. Цена такой ученой степени невелика. Отрадно, что такие случаи носят единичный характер. Вместе с тем, к организациям, допускающим серьезные нарушения, необходимо применять меры административного воздействия.