«Центр тяжести финансирования прикладных исследований в вузах должен быть не в бюджете»

Как работают программы академического лидерства за рубежом

Villate/Flickr/pnoeric/Flickr/Pexels/Indicator.Ru

В июне Минобрнауки представило «Программу стратегического академического лидерства», призванную прийти на смену Проекту 5-100 и программе развития опорных университетов. Подобные программы существуют во всем мире — и давно. В первой части посвященного ПСАЛ материала Indicator.Ru мы поговорили с представителями российских вузов о том, как в различных странах повышают конкурентоспособность вузов.

С 2000 года в более 30 странах мира существует около 40 инициатив академического превосходства. В них щедро инвестируются деньги — в сумме около 60 млрд долларов США в год.

Азия: упор на глобальность с сохранением культурных ценностей

В Азии невозможно не заметить успехи Поднебесной: эксперты в сфере образования сходятся в том, что лучшие китайские вузы выделяются не только на фоне этой части света, но и во всем мире. «Из наиболее удачных можно отметить кейс Китая, позволивший существенно (в 2,7 раза) увеличить количество позиций университетов КНР в предметных рейтингах QS, а также обеспечить их продвижение в топ-100 предметных рейтингов QS. Во Франции, например, программа превосходства, сконцентрированная на создании «суперкампусов» университетов мирового уровня, показала результаты, сопоставимые с коллегами из Китая», — считает ведущий эксперт проектно-учебной лаборатории «Развитие университетов» НИУ ВШЭ Александр Клягин. По мнению начальника Управления стратегического планирования и программ развития СПбПУ Марии Врублевской, причиной успеха КНР стала долгосрочная стратегия развития академической мобильности (с 1995 года) и привлечение кадров мирового уровня на крайне выгодных условиях (в том числе с созданием для них инфраструктуры высочайшего уровня).

«Китайский Университет Цинхуа стал участником всех китайских инициатив по академическому лидерству, благодаря которым он входит в топ-10, топ-20 лучших университетов мира в различных рейтингах. Что это за инициативы? Прежде всего, кооперация индустриального парка университета с аналогичными структурами, промышленными предприятиями и институтами развития, все это работает на технологическое развитие. К этой практике необходимо стремиться», — приводит пример первый проректор по экономике и стратегическому развитию УрФУ Даниил Сандлер.

По его словам, китайские программы превосходства отличаются массовостью: в них обычно участвует не 10 или 20, а 100 и более университетов. Этот тренд, похоже, придет и в Россию. Также в китайских вузах происходят быстрые инфраструктурные изменения, которые затрагивают не только университеты из программы превосходства. Одна из инициатив, помогающих сделать китайские вузы мировыми лидерами, «The Double-First Class», уже принесла хорошие плоды. «На примере участника Чжэцзянского университета (Zhejiang University) отчетливо виден прогресс в области цитирования — в 2019 году 23 профессора университета оказались среди самых цитируемых исследователей в мире (по сравнению с четырьмя в 2015 году). Вузу удалось создать прочную систему взаимодействия с выпускниками, промышленностью и государственным сектором», — рассказала директор Департамента по международному научно-образовательному сотрудничеству РУДН Мария Курка.

Согласен с ней и заместитель директора международного департамента МФТИ Максим Косяков, выразивший уверенность, что по примеру коллег из КНР при поддержке крупномасштабных инициатив нужно финансировать не отдельные проекты, а целые университеты. «Китайская система развивается в совокупности: это не только вузы, а совокупность взаимодействия университета и экономики в целом, которая и показывает определенный вектор развития и результат. Учебные заведения здесь — одна из главных "шестеренок", которая двигает эту систему вперед», — считает он. Также у Китая можно поучиться вниманию к трудоустройству выпускников и тому, как они вписываются в глобальную систему разделения труда, создают ли стартапы.

«Система образования в каждой из стран, и в России в частности, была построена без учета глобального лидерства и международной конкурентоспособности. Соответственно, у вузов нет финансовых возможностей для трансформации за счет собственных средств. В связи с этим Министерство, опираясь на стратегию и видение каждого конкретного университета и его вклада в экономику, поддерживает программы вузов. Подобные инициативы дают вузу возможность реализовать свою стратегию, чтобы достичь признания в науке и трудоустройстве выпускников», — отмечает Косяков.

Однако не все успешные азиатские страны выбрали одинаковую стратегию. «Южнокорейские и японские программы, запущенные в 1999 и 2002 годах соответственно, сделали ставку на кооперацию с сильными американскими и британскими университетам и научными организациями, обеспечение академической свободы и усиление интернационализации», — подчеркивает Врублевская. Японская Top Global University Program (2014–2023) включает в себя два плана: план А нацелен на занятие высоких позиций в мировых рейтингах вузов, план Б сфокусирован на приобщении японского общества к процессам глобализации. Это реформы вуза в части руководства, управления, структуры, учебных планов, приема студентов.

Корейский комплекс программ BK21 PLUS (21 программа для ведущих университетов и студентов) ориентирован на обновление исследовательского потенциала вузов и подготовку специалистов мирового уровня. Особое внимание уделяется престижу, признанию и поддержке высокопрофессиональной научной деятельности. Также в стране действует «Проект университета мирового класса». Его смысл — в стремлении сформировать экономическую ценность через продвижение соревновательного духа в сфере высшего образования, а также обеспечить интернационализацию, вовлекая вузы в глобальные информационно-интеллектуальные сети. Университеты-участники получают возможность укрепить исследовательский потенциал в стратегических областях, усилить свою роль на международный арене и создать подразделения и центры мирового уровня.

Своим путем идет и Израиль, где был организован «Центр передового опыта» — ассоциация выдающихся исследователей по узким областям знания, которые преподаются в высших учебных заведениях. Центр содействует инновационным исследованиям (I-CORE, 2010, Сenters for Research Excellence), и благодаря объединению исследовательских усилий он сделал страну виднее на ландшафте мировой науки.

Европа: передовые исследования, связи и программы обмена

В Европе такие программы считаются временными мероприятиями, которые должны подтолкнуть университеты к перестройке. «В Германии основной упор программы академического превосходства делается на усиление передовых исследований, что необходимо для повышения уровня конкурентоспособности высокотехнологичной промышленности и производимых товаров», — отмечает проректор ТПУ по академическому превосходству Леонид Сухих.

По словам Марии Врублевской, пример Германии примечателен выделением трех линий финансирования:

  1. На передовые исследовательские программы, где оценивается их оригинальность, предыдущий публикационный вклад научных групп, потенциал коллабораций.
  2. На развитие человеческого капитала и достижение академических целей.
  3. На повышение международной конкурентоспособности всего университета, где оценивается институциональная стратегия превосходства.

Также она отметила немецкую программу «Стратегия превосходства», нацеленную на укрепление позиций страны как лучшего места для исследований в долгосрочной перспективе и усиление международной конкурентоспособности. «Программа ориентирована на финансирование конкурентоспособных международно-ориентированных научных проектов на базе университетов или университетских консорциумов, продвижение приоритетных направлений деятельности вузов и создание курсов повышения квалификации и карьерных возможностей для молодых исследователей», — рассказывает Врублевская.

Германия (вместе с Финляндией и Израилем) может похвастаться и хорошими связями между университетами. В этих странах финансирование уходит тематическим кластерам, благодаря чему исчезает проблема оценивания успехов: никто больше не станет сравнивать спортивный вуз, фундаментальный и театральный. Мария Врублевская привела пример такого кластера в Финляндии: совместный биотех-проект двух университетов и нескольких медицинских организаций.

«В Финляндии и Швеции, где созданы Центры академического превосходства, внимание и бюджеты акцентированы на поддержке и развитии сильнейших подразделений университетов, а не на программах развития университетов в целом. И здесь также важно отметить признание важности кооперации и интеграции в глобальное академическое сообщество», — добавляет она.

По словам Марии Курки, в странах Европы очень крепкие связи между университетами, и помогает этому в том числе и межвузовский обмен. Так, в Норвегии им способствует множество совместных научных грантов и финансирование из европейских программ Erasmus+ (обмен обучающимися и преподавателями) и Horizon 2020 (обмен учеными из разных уголков мира). «Для стран вне ЕС Норвегия выделяет государственные субсидии по отдельным программам, финансирование которых зависит от результативности реализованных проектов», — уточняет она.

Во Франции с 2013 года существует закон «О высшем образовании и научных исследованиях», а с 2015 года вузы объединяются с научными и исследовательскими организациями по трем механизмам: слияние и укрупнение, создание сообществ университетов и учреждений (Комюэ) и установление связей между организациями (ассоциации). К примеру, Страсбургский университет появился благодаря объединению университетов Страсбург I, II и III в 2009 году; Лотарингский университет вобрал в себя Университет Мец, Университеты Нанси I и II, а также INPL (2012 год); Университет Экс-Марселя образовался в 2012 при слиянии вузов Экс-Марсель I (Прованс), II (Средиземноморье) и III (Поль Сезанн); Университет Бордо с 2014 года включает Бордо I, II и IV, а Университет Монпелье в 2015 году объединил в себе Монпелье I и II.

Правительство Испании также запустило программу передового опыта, по мнению Курки, в некоторой степени дублирующую предыдущие инициативы, разработанные в Германии (Excellence Initiative 2006–2012), Франции (PRES). 2006, 2008, Operation Campus, 2008) и Великобритании (A new University Challenge, 2008). Программа помогла создать общие проекты и студенческие объединения, ставшие основой для сотрудничества в так называемом «треугольнике знаний» (науки, инноваций и образования). Налаживанию контактов с местными властями, бизнесом и другими политическими и экономическими силами для финансовой и административной поддержки в Испании помогла инициатива «Международный кампус превосходства» (The International Campus of Excellence Initiative).

Создаются и общеевропейские альянсы, краткосрочные или долгосрочные. Так, COIMBRA Group Universities, существующий с 1985 года, объединяет 39 вузов из 23 стран. Укрупнение университетских единиц, считает Мария Курка, приводит к усилению влияния вузов-участников на международной арене и увеличению их веса и значения. «Создаются традиционные контакты, с помощью которых реализуются крупные образовательные проекты, растет узнаваемость отдельных вузов — членов альянса в мире через принадлежность к альянсу, вузы становятся привлекательнее для студентов через своеобразный "бренд" COIMBRA», — пояснила представительница РУДН.

Курка рассказала и о Европейской университетской инициативе (European Universities Initiative), куда в 2019 году Еврокомиссией были отобраны 22% из примерно тысячи вузов на пространстве Евросоюза. Они составили 17 университетских альянсов из 24 стран. К 2024 году должно появиться порядка 20 так называемых «европейских университетов» — сетей вузов по всему ЕС, которые позволят студентам получать образование на различных уровнях с обучением по 1–2 семестра в разных университетах. По замыслу, это должно укрепить межвузовские связи и позиции европейских университетов в мировых рейтингах.

Обсуждая академическую мобильность, нельзя не вспомнить и программу Erasmus+, которая организует краткосрочные обмены студентами, аспирантами, преподавателями и сотрудниками партнерских вузов при подписании двухстороннего соглашения. Гранты на участие выделяются из средств Европейской Комиссии. «Такой вид сотрудничества можно развивать не только с вузами, стоящими на одном уровне (только развитыми или только развивающимися). Кооперация может осуществляться между успешным вузом Европы и движущимся к успеху вузом страны-партнера. Другое направление программы — повышение образовательного потенциала вузов, реализация проектов Capacity Building. Суть таких проектов в создании двух-трехлетних консорциумов, состоящих из европейских и неевропейских вузов», — поясняет Курка. Оба вида проектов помогают «середнячкам» перенять опыт более успешных вузов, чтобы достичь их уровня.

Важен и вопрос распределения финансов (особенно в рамках консорциумов). «В европейских программах четко прописываются финансовые отношения между участниками консорциума, который участвует в инициативе превосходства: в какой форме получает средства головной университет и в какой форме и на какие виды деятельности получают средства остальные участники консорциума, — поясняет Даниил Сандлер. — Должно быть четкое понимание того, за какие активности и какие средства будут выделяться деньги. Всем понятно, за какой вид работ вузы и их партнеры (в том числе за пределами ЕС) могли получить средства, в частности, для участия в таких проектах».

США и остальной мир

В США тоже существуют программы и инициативы в области академического лидерства. «Частная некоммерческая организация «Центр образовательного превосходства» США (Center for Excellence in Education, или CEE) помогает студентам колледжей и вузов добиться успешной карьеры в науке и технике, занять руководящие должности», — рассказывает Курка. Центр управляет тремя программами:

  1. Ежегодная летняя исследовательская программа для 80 самых успешных студентов мира в Массачусетском технологическом институте.
  2. Олимпиада по биологии в США (USABO) — национальный конкурс для американских студентов.
  3. Программа повышения квалификации для преподавателей США (TEP).

Таким образом, для западных университетов характерна всесторонняя интернационализация, которая часто становится основным критерием их успешности с точки зрения международных образовательных ассоциаций. Она охватывает все сферы деятельности вуза: от работы со студентами до финансовой и научной деятельности. Яркий пример такой ассоциации — Консультативная служба по стратегии интернационализации (ISAS 2.0), действующая в рамках Международной ассоциации университетов (International Association of Universities — IAU). Высокую оценку и сертификат от них, кстати, получил РУДН, принимавший участие в проекте ISAS в 2019 году.

По мнению заведующего кафедрой квантовой теории поля ТГУ Семена Ляховича, нам есть чему поучиться у зарубежных коллег в поддержке человеческого капитала. Он считает, что за рубежом этому очень помогают сетевые и международные программы «постдоков», благодаря которым университеты могут на 1–3 года привлечь способных исследователей со степенью PhD, а сами молодые ученые получают шанс попробовать свои силы на новом месте. Такие программы помогают рассредоточить ресурсы в пространстве и по областям знаний, чтобы все лучшее не оказалось сконцентрировано в нескольких центрах. Один из примеров — программа постдоков INTAS, которую ЕС реализовывал с конца 1990-х по 2006 год, привлекая в краткосрочные проекты кандидатов наук из стран бывшего СССР. Это позволило молодым ученым остаться в России, но развивать международные связи. Европе же было выгодно получить научные кадры (пусть и на время), причем затраты были ниже, чем для приезда постдока на несколько лет. Подобные программы существуют в самых разных странах.

Центр тяжести финансирования прикладных исследований в вузах должен быть не в бюджете, а в сфере промышленного заказа. Проекты прикладных исследований, проводимых в университетах, в основном финансируются промышленностью, и в небольшой степени — государственными программами. В странах ЕС есть относительно небольшие бюджетные сетевые программы прикладной направленности, в США и Японии таких программ нет.

Семен Ляхович

Заведующий кафедрой квантовой теории поля ТГУ

Кроме того, за рубежом бороться за внимание талантливых студентов, преподавателей и ученых помогает профилизация, которая позволяет университетам сконцентрировать свои силы и добиться успеха в определенном направлении. Такое «разделение труда» подталкивает ведущие университеты к выстраиванию партнерских отношений с другими участниками этой системы.

Во второй части материала мы расскажем о том, что из мирового опыта построения программ академического лидерства можно применить в России.

Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс.Новостей и читайте нас чаще.

Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.