Медицина

«Программа заменяет психолога»

Стартап коррекции

Javier P. Turiel/Flickr

Как случай инсульта может повлиять на решение основать стартап, где лучше всего находить первых клиентов и как при разработке упражнений для восстановления после инсульта может помочь советский нейропсихолог, в интервью Indicator.Ru рассказал сооснователь и руководитель проекта «Визуальная медицина» Игорь Никишин.
Это второе из восьми интервью с молодыми технологическими предпринимателями. По итогам цикла состоится голосование в двух категориях: экспертное жюри и читатели Indicator.Ru выберут лучший по их мнению стартап. Итоги голосования будут объявлены 25 декабря в Московском планетарии. Победители получат гранты на развитие своих проектов. Данный цикл является экспериментом, реализуемым в рамках проекта Krypton — онлайн-блокчейн-фонда для сбора средств на внедрение и коммерциализацию научных разработок. Данный проект призван реализовать модели, выдвинутые коллективом исследователей Государственного академического университета гуманитарных наук в ходе работы над проектом «Сетевые договоры (смарт-контракты) как способ регулирования и организации научной деятельности» (грант РФФИ №18-29-16184).

— Игорь, расскажите, пожалуйста, чем занимается ваша компания.

— «Визуальная медицина» — компания-разработчик решений на основе технологий искусственного интеллекта и компьютерного зрения. Мы реализовали несколько продуктов. Первый и основной — это коррекционный комплекс для развития двигательных и когнитивных навыков в игровой среде, например в период восстановления после инсультов или травм. Программа дает пользователю определенные инструкции, просит его выполнить последовательность жестов, или сыграть в игру, где нужно показывать сначала ладонь, потом кулак, или перемещать руки в пространстве. Все это автоматизировано, программа дает непрерывную обратную связь пользователю о том, хорошо у него получается или плохо, что нужно исправить. Работа происходит бесконтактно, алгоритмы распознают движение и правильность его выполнения, обрабатывая видеопоток с камеры. Учитывается наличие и тип нарушений движения у каждого человека, а также его индивидуальные особенности — левша он или правша, что стало причиной нарушения двигательных функций. Исходя из этого, программа адаптируется и изменяет сложность заданий.

Наша разработка сейчас встроена в процедуры восстановительного обучения нескольких государственных и частных центров, также ее можно использовать на дому.

— Получается, ваша программа заменяет специалиста, который постоянно сидел бы напротив человека, и смотрел за тем, что взрослый или ребенок делает, и пояснял, что правильно, а что нет и как надо действовать дальше?

— Программа в общем заменяет психолога в трудозатратных процедурах, связанных с развитием двигательных и когнитивных навыков. Но специалист нужен на первом этапе, чтобы показать программу пользователю, правильно его посадить, произвести первые настройки. Дальше пользователь работает самостоятельно, и ему не требуется особенно взаимодействовать с программой. Ему надо ее запустить, а потом программа работает сама по заданному алгоритму.

Сейчас программное обеспечение реализовано в виде десктоп-приложения на компьютеры под Windows, есть еще веб-часть, которая синхронизируется с приложением. Там сохраняется общая статистика, которую можно анализировать и интерпретировать. И есть простое оборудование — обычная веб-камера на штативе. Взрослый или ребенок работает с программой сидя и выполняет движения руками, опираясь локтями на стол. Соответственно, камера позиционируется на его руки. Мы передаем пользователю камеру и штатив в комплекте с программой.

— Это ваш первый подобный проект?

— У нас был опыт работы с компьютерным зрением, но индустриального характера. Мы поставляли «умные» системы видеонаблюдения, которые занимались детектированием лиц, силуэтов людей, автомобилей, спецодежды в автоматизированном режиме.

— Расскажите немного о том, где вы учились, какие специалисты есть в вашей команде?

— Я окончил физический факультет МГУ им. Ломоносова. У нас команда из семи человек, в основном это разработчики. Два специалиста по компьютерному зрению и машинному обучению, front-end разработчик, full-stack разработчик. Есть еще клинический психолог в команде и специалист по развитию бизнеса, он так же, как и я, ходит на встречи, участвует в конференциях, занимается организацией продаж.

— Как вам пришла идея этого проекта, если вы изначально занимались компьютерным зрением?

— Я много общаюсь с медицинскими специалистами, в том числе и в семье. На моих глазах случались несколько инсультов, я видел развитие их последствий. И на тот момент уже был опыт применения компьютерного зрения. Мы поняли, что можно попробовать что-то делать в этом направлении. Были и есть проекты, которые занимаются похожими задачами, но в них распознавание реализуется с помощью стереокамер либо сенсоров, которые надеваются на руки. Наш же вариант самый доступный, простой, адаптивный и обеспечивает более высокую точность, чем похожие аналоги.

— Сколько лет вы занимаетесь проектом? Как искали первых клиентов?

— Проекту два года. Клиентов искали просто — ходили в профильные центры (и сейчас ходим), участвовали в конференциях, пишем научные статьи. Сейчас уже клиенты сами к нам обращаются, часто нет необходимости организовывать пилоты и презентовать продукт.

— Что на первом этапе сыграло наибольшую роль? То, что приходили лично к потенциальным клиентам, или конференции и статьи?

— Наверное, конференции и конгрессы. Там мы находили первые контакты, условно, сразу по пять-семь человек. После этого уже было проще взаимодействовать.

— А в каких журналах вы публикуетесь?

— В журналах психологической и неврологической направленности, например Бехтерева (журнал «Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени В. М. Бехтерева» — прим. Indicator.Ru). Описываем подходы к применению данной технологии, рассказываем, как мы подходим к измерению эффективности решения. Проводим типичные исследования: есть контрольная группа, которая находится в условиях восстановительного центра, у участников группы есть заданные параметры, связанные с возрастом, сложностью и локализацией нарушения. И есть точно такая же экспериментальная группа, которая, помимо общих программ восстановления реабилитационного центра, использует и нашу программу. Существуют нейропсихологические шкалы, по которым можно объективно проверять, есть улучшения или нет. И соответственно, мы наблюдаем за прогрессом по этим шкалам в контрольной и экспериментальной группе.

— Можете рассказать, где именно вы провели первые эксперименты и тесты?

— Одновременно на нескольких площадках. В Центре реабилитации спортивной медицины — его втором филиале, в Курской области на базе областной больницы, в частном Центре неврологии доктора Шахновича, центре функционального восстановления «МА-МА».

— Как происходит процесс разработки упражнений?

— Упражнения — это уже известные методики, например адаптированные пробы Александра Лурия. Есть обычные упражнения — просто сместить руку, пересчитать пальцы, проба на реципрокную координацию (испытуемому предлагается положить перед собой руки ладонями вниз, причем одну из них сжать в кулак, а вторую — выпрямить. Задача состоит в том, чтобы одновременно изменять положение рук, сжимая одну и расправляя другую, — прим. Indicator.Ru). А есть немного видоизмененные, с характерным эффектом обратной связи в виде игр. Таких упражнений там достаточно много. То есть пользователь двигает руками, а на экране компьютера не просто показывается «правильно» или «неправильно», а происходит какая-то игра. И человеку интереснее, и эффект сохраняется.

— Сколько времени в день человек должен заниматься?

— Обычно 15–20 минут. Один или два раза в день.

— Выход на медицинский рынок, в частности фармацевтический, очень сложен. Как обстоит дело с медицинским оборудованием?

— Наша разработка — не медицинское оборудование, а именно программное обеспечение коррекционной направленности. Мы находимся в категории развивающих игр, это развивающий коррекционный комплекс для развития двигательных и когнитивных навыков. Техническая и эксплуатационная документация наших комплексов не содержит указаний о медицинском назначении. Медицинская лицензия, с одной стороны, открывает большую часть рынка для применения наших разработок, с другой стороны — разработка еще ведется, и мы не планируем останавливаться на существующем наборе упражнений и игр. Например, если мы решимся на лицензию прямо сейчас, то нам придется ограничить, то есть дальше не развивать функционал комплекса. Потому что лицензирование подразумевает, что мы зарегистрировали определенную версию и можем ее дальше дорабатывать. Даже если мы добавим одно упражнение, это уже будет новый продукт и придется заново проводить процедуру лицензирования.

— Есть ли у вас конкуренты?

— Есть программы типа когнитивных тренингов (программное обеспечение, в том числе и приложения для телефонов), но они работают совсем по другому принципу. С другой стороны, есть и решения, которые тоже работают с помощью захвата движений, я о них уже говорил — это достаточно сложные решения, требующие технических приспособлений. А у нас — нечто среднее.

— Как в таком случае вы видите развитие своего комплекса? Это уход в какие-то смежные направления, усложнение или просто совершенствование того, что есть?

— Мы видим сразу несколько вариантов. Во-первых, есть рынок коррекционных школ, детского дошкольного образования. Вокруг этой темы тоже можно выстраивать похожие продукты на базе того, что мы уже делаем. Во-вторых, есть понимание, как можно развивать функционал программного обеспечения — усложнять с точки зрения новых упражнений, механики взаимодействия, добавлять новую статистику, предоставлять специалистам более расширенные данные.

— За два года, что существует ваш проект, обращались ли вы куда-нибудь за поддержкой, проходили ли акселерацию?

— В начале развития этого продукта мы участвовали в конкурсах Mail.ru, фонда «Вольное дело», ездили в Финляндию на финальный отбор в акселератор Vertical. Потом у нас фактически с самого начала появился seed-инвестор — инвестиционный фонд с французскими корнями «Нума». Месяца через три после основании компании он вошел в состав учредителей. И у него мы проходили акселерацию — общение с инвесторами, работа с финансовыми моделями, консультации по продукту, по взаимодействию с клиентами.

Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс.Новостей и читайте нас чаще.

Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.