17:37, 02 декабря 2022
4 мин.

Вице-президент РАН Степан Калмыков: «Мы можем перегнать зарубежных ученых, не догоняя их»

Вице-президент РАН Степан Калмыков: «Мы можем перегнать зарубежных ученых, не догоняя их»

Фотобанк РИА Новости, фотохост-агентства КМУ-2022

Уникальные научные мегасайнс-установки — это загоризонтные вещи, при помощи которых можно перегнать зарубежных ученых на значительное количество лет, не догоняя их. Об этом заявил в пятницу вице-президент РАН научный руководитель химического факультета МГУ академик Степан Калмыков на II Конгрессе молодых ученых на федеральной территории «Сириус».

Выступая на сессии «Инфраструктура «Мегасайенс»: драйвер научных прорывов», Степан Калмыков напомнил, что основная цель создания мегасайнс-установок — формирование национального технологического суверенитета. «Формируется он с помощью сотен тысяч людей, которые варятся в этих проектах, как в бульоне, — привел аналогию академик. — Это и компании, которые делают детекторы, электронику, компонентную базу и многое другое. То есть мегасайнс-проекты — пусковые механизмы и драйверы развития целых технологических секторов. Это и вузы, которые готовят тысячи студентов, которые через 3-5 лет придут работать на эти установки. Это люди, которые будут эксплуатировать и управлять мегасайнс-установками, и грамотная их подготовка — важнейшая вещь. Третий компонент — ученые, которые создают эту инфраструктуру, планируют эксперименты».

«Я всегда говорю своим студентам, что каким бы дорогим ни было дорогое серийное оборудование, его наверняка уже купили американцы, китайцы, европейцы, и они уже провели свои эксперименты. — подчеркнул академик. — Уникальные научные мегасайнс-установки — это загоризонтные вещи, при помощи которых мы можем перегнать зарубежных ученых на значительное количество лет, не догоняя их».

Одна из сугубо прикладных областей, где у России может быть абсолютно четкий прорыв и где конвергенция наук абсолютно необходима, это ядерная медицина, отметил Степан Калмыков: «Если ты химик, работаешь в области ядерной медицины и хочешь добиться того, чтобы результат твоей научной работы превратился в используемое в клиниках лекарство, надо не только знать хорошо аналитическую или органическую химию, но и ядерную физику, и инженерные науки, и многое другое. Скажу больше: та химия, что мы делаем в лаборатории — это совсем не та химия, которая реализуется в инфраструктуре вокруг мегасайнс-установок. И это верно и для исследовательских реакторов, и для ускорителей. Это химия малых количеств, химия малых объемов, это быстрая химия. У некоторых медицинских радионуклидов периоды полураспада — минуты. И традиционные методы синтеза, к которым мы привыкли, здесь не работают. Нужно знать клеточную биологию — понимать механизм работы молекул, которые должны протащить наше лекарство в клетку или даже в ядро. И в институтах РАН, и в наших вузах разработаны методы, которые позволят не просто распознать патологическую клетку, но доставить радионуклид внутрь ядра».

«Если мы сможем вызвать распад в ядре, а не в теле клетки, то нам понадобится на два порядка меньше радионуклида, чтобы вызвать апоптоз. Вот такая тонкая биология, которую мы уже можем реализовывать на строящихся установках класса мегасайнс — это и есть опережение всех аналогов, которые мы видим за рубежом», — подчеркнул академик.

Степан Калмыков подчеркнул, что ядерная медицина как наука развивается несколькими волнами, которые каждый раз вызывались строительством мегасайнс-установок нового поколения: «Первая волна — ускорители небольших энергий, они уже стали рутиной, и эксперименты на них тоже стали рутиной. Вторая волна — это ускорители высоких энергий, эксперименты на которых тоже уже стали стандартными и рутинными. Третья волна как раз строится сейчас на основе тех технологий, которые разрабатывались в рамках атомного проекта, разделительной химии, химии высоких энергий. Это, например, альфа-излучатели, у которых маленький пробег и высокая линейная передача энергии».

Академик также подчеркнул масштабность реализуемых мегасайнс-проектов: «Формируемый сейчас "бульон" в плане нейтронов — это не программа Росатома, какой-то другой организации или даже страны, это фундаментальная вещь, которую мы предлагаем мировому сообществу. То, что умеет высокопоточный исследовательский реактор ПИК — это абсолютно уникальные спектроскопические возможности. То, что будет делать многоцелевой научно-исследовательский реактор на быстрых нейтронах четвёртого поколения МБИР — это облучение с абсолютно уникальными фундаментальными характеристиками. Это гигантский спектр исследований, диапазон от быстрых до ультрахолодных нейтронов, фантастические наработки радионуклидов. Мы можем закрыть абсолютно всё поле с точки зрения облучения материалов. И это только одна мегасайнс-инфраструктура, а такие прорывы планируются по каждой из них».

С подробной информацией о Конгрессе молодых ученых можно ознакомиться на официальном сайте: конгресс.наука.рф.

Организаторами Конгресса молодых ученых в 2022 году выступают Министерство науки и высшего образования Российской Федерации, Координационный совет по делам молодежи в научной и образовательной сферах Совета при Президенте Российской Федерации по науке и образованию и Фонд Росконгресс. Оператором Десятилетия науки и технологий выступает АНО «Национальные приоритеты». Конгресс проходит при поддержке титульного партнера — Федерального проекта «Платформа университетского технологического предпринимательства», титульного партнера — Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом», стратегического партнера — ПАО «Россети», официального партнера — Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ», официального партнера — ПАО Сбербанк.

Автор:Indicator.Ru