«Ученые практически как рок-звезды»
Дарья Ловская
© Ames Research Center/ Официальный канал РХТУ им. Д. И. Менделеева/YouTube
Почему ученых можно сравнить с рок-звездами, за что аэрогели 17 раз попали в Книгу рекордов Гиннесса и в чем привлекательность современной науки для молодежи, в интервью Indicator.Ru рассказала Дарья Ловская, научный сотрудник РХТУ им. Менделеева.
— Дарья, расскажите про вашу научную работу. Чем именно вы занимаетесь?
— Я инженер по специальности «Химическая технология синтетических и биологически активных веществ». Я работаю научным сотрудником в Российском химико-технологическом университете имени Д. И. Менделеева, занимаюсь разработкой инновационных высокоэффективных систем доставки лекарств на основе уникальных материалов — аэрогелей. Моя научная работа направлена в первую очередь на улучшение нашего с вами качества жизни: я создаю безопасные лекарства, которые впоследствии могут быть использованы любым человеком.
— В каком возрасте и почему вы решили стать ученым?
— Вообще, я не ставила себе задачи стать ученым. Так случилось, что на третьем курсе обучения в университете нас распределяли на преддипломную практику, и я попала в потрясающий научный коллектив, который занимался в том числе исследованиями для фармацевтики. Я — аллергик, а в этой научной группе разрабатывали системы доставки лекарств, эффективные и для лечения острых аллергических заболеваний. Поэтому, когда я начинала свою дипломную работу, я бросила на это все свои силы и все свое рвение. Собственно, так и зародилась научная работа. Мы сделали эти материалы, мы были первыми в мире, кто протестировал их на животных и доказал их эффективность. И сейчас двигаемся дальше. Я защитила кандидатскую диссертацию. Поняла, что нужно расширять горизонты исследований, и вышла на уровень медицинских разработок. И теперь мы занимаемся исследованиями искусственной кожи и быстрой помощи при различных массивных кровотечениях.
— Расскажите подробнее про аэрогели, над которыми вы работаете.
— Аэрогель – это уникальный материал. Он 17 раз отмечен в Книге рекордов Гиннесса, что само по себе удивительно. Аэрогель – высокопористый материал, который на 99% состоит из воздуха. Оставшийся 1% — это его каркас. Представьте себе огромный лабиринт, который может уместиться у вас на ладони – это и есть аэрогель. Мы занимаемся тем, что помещаем активные фармацевтические ингредиенты внутрь аэрогеля. Они ложатся на его поверхность, в его поры тонкими аморфными слоями, таким образом увеличивается биодоступность активных веществ. А именно — ускоряется их поступление в системный кровоток. Это значит, что они начинают действовать быстрее и эффективнее, а нам нужно будет закладывать меньше лекарственного вещества, при этом терапевтический эффект останется таким же. А чем меньше лекарственных веществ используется, тем менее вредным будет лекарство, тем меньше у него будет побочных эффектов. Я надеюсь, что такие безопасные и эффективные лекарства в скором времени будут доступны каждому из нас.
— Как это будет выглядеть? Капсула, заполненная аэрогелем, в порах которого находится активное вещество?
— Это будет система доставки: может быть аэрогель в виде порошка, который засыпан в обычную желатиновую капсулу, может быть таблетка или даже мазь, в которой распределен порошок мелкодисперсного аэрогеля, в таком случае вещество будет попадать в организм через кожу.
— Какими своими научными достижениями вы особенно гордитесь?
— Системами, которые мы протестировали на животных. Это были уникальные исследования: мы создали несколько лекарственных средств на основе аэрогеля и различных исходных материалов, а затем протестировали их. Сразу скажу, что ни одно лабораторное животное не пострадало. И мы доказали, что эти системы более чем в 2,5 раза эффективнее тех, что сейчас продаются в аптеках. До этого в мире никто не делал подобной работы, и это настоящий повод для гордости.
— Как скоро вы надеетесь перейти к клиническим испытаниям на людях, чтобы ваши разработки вышли на рынок?
— Жизненный цикл разработки лекарственного препарата — с начала разработки молекулы до внедрения на рынок — может занимать порядка 20 лет. Мы прошли примерно первую треть этого отрезка. Разработка — это очень долгий и непростой процесс. Нужно доказывать и безопасность препарата, и проверять его на токсичность. Я думаю, лет через десять эти системы точно будут на рынке.
Читайте также
— В протестированных лекарствах вы разрабатывали только способ доставки, или и сами препараты тоже?
— Мы разработали именно способ доставки этих веществ. Это может быть и адресная доставка. Есть такая проблема, что многие активные вещества имеют очень низкую биодоступность, поэтому их закладывают с большим избытком. Отсюда начинаются все побочные эффекты. Мы разрабатываем систему, которая меняет саму структуру веществ: обычно они находятся в кристаллическом состоянии, а мы их делаем аморфными. Это значит, что у них нет жесткой упорядоченной решетки, и они быстрее переходят в растворенное состояние, быстрее поступают в кровь, быстрее доходят до того места, где должны начать свое терапевтическое действие.
— А аэрогель потом в организме растворяется? Он не накапливается?
— Мы используем в наших разработках только биодоступные, биодеградируемые аэрогели. Работаем с альгинатом натрия, он совершенно гипоаллергенен. Так что это абсолютно безопасно: часть выведется естественным образом, а то, что не выведется, в любом случае благополучно биодеградирует в организме.
— Есть ли у вас какая-то глобальная цель, научная мечта?
— У меня сразу две научных мечты. Первая – это, несомненно, внедрить в жизнь систему доставки лекарств. И появилась вторая: последние три года я занимаюсь разработками по созданию медицинских изделий для оказания экстренной помощи в случае тяжелых ранений. Я вижу, как эти материалы могут быть использованы и в дорожных аптечках, и для работы МЧС, и вообще в работе «скорой помощи». И если бы я смогла эту мечту реализовать, это было бы потрясающе.
— С рассказом об аэрогелях вы побеждали на конкурсе Science Slam. Для чего вы принимали в нем участие?
— Я очень люблю общаться с людьми, как на международных конгрессах и официальных мероприятиях, так и в обычной жизни. У меня много друзей. И когда мне предоставилась эта потрясающая возможность, я очень загорелась. Потому что мне хочется как можно большему количеству людей донести, что ученый – это человек, который не просто сидит за столом, долго ведет какие-то исследования и идет к какой-то непонятной цели. Я вообще считаю, что ученые практически как рок-звезды — мы много путешествуем, у нас очень много интересных занятий, мы можем быть известными и получать от этого море удовольствия. И мне хочется, чтоб как можно больше людей это поняли, приходили в науку, чтобы нас становилось больше и мы проводили новые исследования.
— А как вы себе представляете будущее вашей научной сферы?
— Мне бы очень хотелось — на далекую перспективу, — чтобы появились индивидуальные лекарственные препараты. Я понимаю, что это заоблачная мечта, но все же мне хочется, чтобы каждый человек с любым заболеванием мог себе позволить подходящее именно ему лекарство и чтобы каждая болезнь была излечима.
— Есть ли какие-то недавние достижения российских ученых, ваших коллег, которые вас приятно удивили?
— Да, это исследования в области радиофармацевтических препаратов ранней диагностики злокачественных заболеваний. Эти препараты способны обнаружить злокачественную опухоль на самых ранних стадиях. Я считаю, что это потрясающе. И хочется, чтобы таких исследований было как можно больше.
— Расскажите о каком-нибудь забавном моменте из вашей исследовательской карьеры.
— Я никогда не забуду тот момент, когда я была еще студенткой и писала дипломную работу. Мы разработали аэрогель, сделали снимки при помощи сканирующей электронной микроскопии — это такие фото, на которых можно рассмотреть внутреннюю структуру материала. Мы спроецировали это на огромный проектор, сели всей научной группой и почувствовали себя великими художниками, размышляя, как же была сформирована эта структура. Она была похожа на кратеры на Луне. Мы провели часа три, разглядывая эти снимки. Звучит смешно, но нам было очень весело.
— О чем бы вы хотели предупредить молодых людей, которые только начинают заниматься исследованиями и научной работой? К чему должен быть готов ученый?
— Любой молодой ученый, когда решает встать на этот путь, должен быть готов к тому, что это огромный труд. Он должен понимать, что ему нужно будет работать с огромными объемами информации, читать научно-техническую литературу. Несомненно, всегда подключать фантазию. Обязательно иметь капельку везения. И, самое главное, всегда быть уверенным в своей работе, иметь четкую цель и верить в нее. И тогда все получится.
— Как вы считаете, почему вообще молодым людям стоит (или, может быть, не стоит) идти в науку?
— Определенно, молодым людям стоит идти в науку. Потому что это возможность увидеть мир, познакомиться с интереснейшими людьми, раскрыть для себя множество разных новых областей, увидеть многие вещи с разных сторон, раскрыть себя, узнать свои сильные стороны, проявить фантазию и чего-то добиться. Добиться в том числе и мирового призвания, и, несомненно, принести пользу людям.
— В чем сейчас привлекательность науки для молодежи?
— Я считаю, что в первую очередь привлекательность науки для молодежи заключается в том, что сейчас все доступно: много научной литературы, много мест, где можно обучаться, куда можно пойти в магистратуру, в аспирантуру, стажировки за рубежом. И все это – бесконечные возможности, которыми надо просто пользоваться, не стесняться, верить в себя, и тогда все получится.
— Какие советы вы бы дали студентам, чтобы они могли добиться успехов в науке и исследованиях?
— Студентам я бы в первую очередь посоветовала читать как можно больше научно-технической литературы, проводить много времени в лаборатории. Ни в коем случае не раз в неделю — это должна быть ежедневная работа, ежедневный труд, как занятия в спортзале. Только тогда это принесет плоды. И, конечно же, ни в коем случае не жалеть себя.
— Если бы вы 5-10 лет назад могли отправить себе письмо в 2019 год, что бы вы написали?
— Я бы написала: «Даша, ты все делаешь правильно!»
— А теперь расскажите немножко о себе. Какая ваша любимая книга?
— Моя любимая книга, как ни странно, Шодерло де Лакло, «Опасные связи». Эта книга впечатляет меня тем, что показывает, как слишком хитрые планы и слишком сложные стратегии в области манипулирования людьми на самом деле не приводят ни к чему хорошему. Всегда люди должны быть честными, и цели должны быть благими. Эта книга показывает, что мы должны работать честно.
— Какого художественного персонажа вы бы хотели видеть сотрудником своей лаборатории?
— Я бы выбрала не персонажа, а божество – это многорукий бог Шива. Потому что у него много рук, и он мог бы делать несколько вещей одновременно. Смешивать, взбалтывать. Вот это бы очень пригодилось.
— Чем вы увлекаетесь, откуда черпаете силы для своей научной работы? Может у вас есть какие-то необычные хобби?
— На самом деле, моя работа для меня и есть источник вдохновения, как бы банально это ни звучало. Помимо работы я очень люблю слушать музыку. Я погружаюсь в нее на несколько часов, переношусь в другой мир. Но самое большое мое хобби — это готовка, кулинария. Каждый вечер, как бы я ни была занята и как бы я ни устала, прихожу домой и начинаю готовить какой-то маленький шедевр — для себя, для гостей. Я отдыхаю в эти моменты. Мне даже кажется, что кулинария чем-то похожа на работу в лаборатории, потому что там тоже надо смешивать, придумывать.
— Продолжите фразу: «Я в науке, потому что…»
— Я в науке, потому что это круто.
Материал подготовлен при поддержке Фонда президентских грантов
Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс.Новостей и читайте нас чаще.
Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.