Науки о Земле

«Хор алармистов» и майнинг воздуха: как Россия будет реагировать на изменения климата

Сможет ли страна адаптироваться к глобальному потеплению

Encyclopedia Britannica/Acciona/Кирилл Каллиников/РИА Новости

Во второй день Гайдаровского форума в РАНХиГС обсуждали глобальные климатические изменения и их роль в политике и экономике. Indicator.Ru рассказывает, какой видят будущую климатическую повестку России климатологи, политологи, бизнесмены и чиновники.

Ответы на «проклятые» вопросы

Климатолог среди спикеров сессии был один — директор Главной геофизической обсерватории имени А. И. Воейкова Росгидромета Владимир Катцов. Он и открыл дискуссию с краткой презентации о современном статусе исследований изменений климата. Начиная с доиндустриального периода, напомнил он, среднемировая температура уже повысилась на один градус по Цельсию. Преодолен и другой психологический рубеж — концентрация CO2 в атмосфере превысила 400 частиц на миллион. Глобальное потепление не вызывает сомнений, и данные Росгидромета свидетельствуют, что на территории России оно идет быстрее, чем в среднем по планете, а в арктической зоне страны — еще быстрее. «Есть три вопроса: меняется ли химический состав атмосферы, меняется ли из-за этого климат, ответственна ли за это хозяйственная деятельность человека. На все три вопроса современная наука с высокой степенью вероятности дает нам утвердительный ответ», — заключил Катцов.

О моделях будущего развития климата директор обсерватории рассказал куда осторожнее, отметив большую сложность климатических процессов и разброс прогнозов. Однако подчеркнул, что не исключено полное освобождение Арктики ото льда на летний сезон. Изменение температур в этой зоне уже сейчас приводит к деградации многолетней мерзлоты. Заметен ущерб и от так называемых высокоимпактных погодных событий — ураганов, наводнений, засух.

Рассуждения о том, как миру следует справляться с переменами, Катцов оставил экспертам по геополитике, лишь предупредив, что климатическая система, похоже, довольно инертна, и эффект от любых сегодняшних действий проявится только во второй половине XXI века. Именно в связи с этим, по его мнению, в Парижском соглашении 2015 года большая часть посвящена уже не смягчению антропогенного воздействия, а адаптации к неизбежному. В российской климатической доктрине, заметил климатолог, адаптации было уделено внимание еще в 2009 году. В этом смысле климатическая политика поворачивается от герценовского «Кто виноват?» к «Что делать?» Чернышевского.

«Разговор о том, что вы легкие планеты, забудьте»

Дальше дискуссия перешла к заявленным политическим темам. Модератор сессии главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов еще в начале беседы отметил, что вопрос климата в ближайшем будущем будет влиять на политику, независимо от содержания научной дискуссии по теме, и выступление Катцова это только доказывает. «Фактически речь идет уже об адаптации, и это разумно, потому что человеческие усилия явно не всемогущи… Но специалисты будут обсуждать адаптацию, а политики, которым надо "продавать" это общественности, будут говорить о спасении, что мы и видим», — отметил журналист. С этого момента призрак Греты Тунберг уже не покидал площадку.

Профессор Московской школы управления «Сколково» Николай Дурманов перешел к тем политическим решениям, которые уже меняют структуру экономики. Наиболее важной мерой он назвал введение разными странами карбонового налога, которое сравнил с майнингом криптовалют. По словам Дурманова, те страны, которые будут владеть спутниковым оборудованием и моделями, используемыми для расчета эмиссии и секвестрации углекислого газа на конкретных территориях, будут делать деньги из воздуха. Налоги за выбросы парниковых газов — способ отдельных игроков перекроить экономическое устройство мира под себя, отметил эксперт. Главная задача России, считает Дурманов, — разработать свои системы контроля за выбросом и поглощением парниковых газов, чтобы не оказаться виноватее всех на планете: «Придут к нам и скажут … "Разговор о том, что вы легкие планеты, забудьте. Вы — почки или печень планеты, или какой-нибудь другой малосимпатичный орган"».

Специальный представитель Президента РФ по вопросам природоохранной деятельности, экологии и транспорта Сергей Иванов, говоря о политической важности климатической повестки, посетовал, что на дискуссии нет других ученых, кроме представителя Росгидромета. По его словам, в научной среде есть и мнения, что изменения цикличны и не связаны с антропогенным воздействием. А политики, по мнению Иванова, не прислушиваются к продолжающейся научной дискуссии по сиюминутным причинам: «В современной обильно манипулируемой коммуникационной среде климатическую повестку будут все чаще использовать для решения политических задач, в том числе для дискредитации оппонентов».

Когда компьютеры были зелеными

Хотя политическую панику по климатическим вопросам Иванов считает преждевременной, нарушение баланса между природой и цивилизацией, подчеркнул он, отрицать нельзя, и человечеству необходимы новые технологии, которые не будут для биосферы таким тяжелым прессом. Словом, природоподобные. В их числе спецпредставитель президента назвал необходимый из-за все нарастающего вала цифровизации «зеленый компьютер», точечную агрохимию, использование бытовых отходов как возобновляемого источника энергии. Чтобы добиться их развития, климат и экология, по мнению Иванова, должны стать национальным приоритетом во всех областях, а не только в нацпроекте «Экология».

Формирование собственной климатической повестки в России осложнено, подчеркнули на дискуссии представители научного сообщества, недостаточно оснащенной наукой. Например, рассказал Катцов, по мощности суперкомпьютеров, необходимых для климатических прогнозов (а значит, и понимания, к чему придется адаптироваться), страна сильно отстает. Впрочем, Сергей Иванов сообщил эксперту, что он просто не там ищет мощные суперкомпьютеры: лучшие, как и в США, стоят в ядерных центрах, так что климатологам надо обращаться в Саров, а не в МГУ и не в Сбербанк. Профессор факультета политических наук и социологии Европейского университета в Санкт-Петербурге Олег Хархордин отметил другую проблему: у России нет базы для полноценного участия в диалоге о климатических проблемах, а именно сети мультидисциплинарного мониторинга «критической зоны» — условной пленки на поверхности планеты, в которой человечество ведет большую часть деятельности. Так что и данных для построения обоснованных прогнозов нет, значит, о вычислительных мощностях пока рано думать.

О том, как идет адаптация промышленности к новым политическим и меняющимся климатическим условиям, рассказал председатель правления «СИБУР Холдинг» Дмитрий Конов. Начал он скорее за упокой. В арсенале самых «карбоновыделяющих» отраслей отсутствуют реалистичные методы сокращения эмиссии CO2: и авиа-, и нефтяные компании в своих обещаниях говорят почти исключительно о том, что будут сажать очень много деревьев, посетовал предприниматель. «Потом закончится земля, нельзя будет выращивать еду, значит, с CO2 таким образом поборемся», — мрачно пошутил Конов. Однако есть и технологические тенденции, которые промышленность уже начинает использовать. Это замена материалов на более экологичные в производстве, повторное использование ресурсов и экономика замкнутого цикла, переход к возобновляемой энергии и строительство менее энергоемких зданий. По мнению Конова, в ближайшее десятилетие бизнес к таким переменам будут подталкивать не только экономическая целесообразность и добрая воля, но и государственное регулирование.

Дискуссию подытожил помощник Президента РФ, председатель попечительского совета РНФ Андрей Фурсенко. Он поддержал тезис Хархордина и Дурманова о необходимости собственных систем мониторинга и контроля за климатическими изменениями и выбросами, а также обратил внимание на распространенную во многих дискуссиях о климатических изменениях несправедливость: ни в одной сфере, кроме транспорта, не говорят о роли потребителей в эмиссии парниковых газов. Между тем, например, в пищевой цепочке это важнейший фактор.

Но главной проблемой постепенно становится использование цифровых ресурсов. «Считается, что уже к середине века минимум половина энергии будет уходить на цифровую экономику. При этом 90% данных, которые передаются и хранятся, никогда не используются», — отметил чиновник. Но ограничить или обложить налогами эту сферу, по мнению Фурсенко, еще сложнее, чем сферу производства продуктов питания. Гипотетический «зеленый компьютер» может решить только часть проблемы. В заключение Фурсенко предложил не вписываться в «хор алармистов», а рассматривать климатические проблемы комплексно, не замалчивая ни отрицательные, ни положительные стороны.

Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс.Новостей и читайте нас чаще.

Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.